.

Иоанн Кронштадтский - святой праведный русский

Святой праведный Иоанн Кронштадтский
Святой праведный Иоанн Кронштадтский Чудотворец, родился 19 октября 1829 года на севере России в селе Сура Пинежского уезда Архангельской губернии в семье бедного псаломщика деревенской церкви Илии Сергиева и жены его Феодоры. 
В истории рода будущего святителя Церкви Христовой было много церковнослужителей. Ребёнок родился настолько слабым и болезненным, что родители поспешили немедленно окрестить его, и нарекли его Иоанном, в честь преподобного Иоанна Рыльского, в тот день почитаемого Православной Церковью.




Сразу же после Святого Крещения мальчик пошёл на поправку и стал быстро набирать силу, и крепнуть.
Благочестивые родители, приписав это благодатному действию св. таинства крещения, стали с особою ревностью направлять его мысль и чувство к Богу, приучая его к усердной домашней и церковной молитве. Отец с раннего детства постоянно брал его в церковь и тем воспитал в нем особенную любовь к богослужению.

Имеются свидетельства, что ещё в детстве Иоанн Кронштадтский стал свидетелем чуда божьего. Было это так однажды Иоанн узрел в горнице светоносного ангела, который, увидев смущение ребёнка, успокоил его и сообщил, что он – его Ангел-Хранитель, и будет оберегать его до конца земных дней.
После того, как минуло 5 лет, отец начал обучать Иоанна грамоте. Но грамота вначале плохо давалась мальчику. Это его печалило, но это же подвигло и на особенно горячие молитвы к Богу о помощи.

С самых ранних лет Иоанн ходил со своим отцом в их бедную церковь, служил на алтаре, любил служебные книги, стал очень набожным. Его любимой книгой было Святое Евангелие. Все это стало твердой религиозной основой для мальчика в его более поздней и славной жизни во Христе.


В детстве Иоанну было очень тяжело учиться, что очень сильно огорчало его и послужило стимулом к горячим молитвам Богу о помощи. И произошло чудо!
После одной из таких горячих молитв, ночью, мальчика вдруг точно потрясло всего, "точно завеса спала с глаз, как будто раскрылся ум в голове", "легко и радостно так стало на душе": ему ясно представился учитель того дня, его урок, он вспомнил даже, о чем и что он говорил. Чуть засветлело, он вскочил с постели, схватил книги - и о, счастье! Он стал читать гораздо лучше, стал хорошо понимать все и запоминать прочитанное.

С тех пор маленький Иоанн стал отлично учиться: одним из первых окончил училище, первым окончил Архангельскую духовную семинарию и был принят на казенный счет в С.-Петербургскую Духовную Академию.
Еще учась в семинарии, Иоанн лишился нежно любимого им отца. Как любящий и заботливый сын, Иоанн хотел было прямо из семинарии искать себе место диакона или псаломщика, чтобы содержать оставшуюся без средств к существованию старушку-мать. Но она не пожелала, чтобы сын из-за нее лишился высшего духовного образования, и настояла на его поступлении в академию.

Поступив в академию, молодой студент не оставил свою мать без попечения: он выхлопотал себе в академическом правлении канцелярскую работу и весь получавшийся им скудный заработок полностью отсылал матери.

Его духовное развитие продолжалось еще более успешно. В академии св. Иоанн мечтал о миссионерской работе среди коренного населения Северной Америки и Сибири; Однако наблюдение показало, что жители Санкт-Петербурга не знали Христа лучше, чем жители других стран. Размышляя над своими устремлениями, Иоанн неоднократно видел детское видение: он видел себя священником в некоем соборе и принимал его как знак свыше. После окончания академии в 1855 году св. Иоанн Кронштадтский был рукоположен священником. При первом входе в Андреевский собор в Кронштадте, которому он был назначен, он стоял на пороге: это была сама церковь, которая была открыта ему много лет назад в его детском видении! Святой Иоанн провел остаток своей жизни и пастырскую деятельность в Кронштадте. Многие даже забыли фамилию святого Иоанна (Сергиев), и даже он сам подписывал документы под именем Иоанн Кронштадтский.
Уже с первых же дней своего священства Святой Иоанн Кронштадтский начал свой духовный труд в благотворительных делах любви, сознательно удерживая их в тайне. Хотя впоследствии, Иоанн Кронштадтский и говорил, что не вел аскетическую жизнь, но эти слова произносились им из глубокого смирения.
На самом деле, скрывая от людей свои духовные подвиги, святой Иоанн Кронштадтский был величайшим подвижником. Молитва и пост составляли основу его духовных трудов, а также воздержание и не только в еде, но и во всех эмоциях. Ежедневное служение литургии в одиночестве, которое, как правило, выполнял св. Иоанн, требовало постоянного поста в соответствии с уставом Православной Церкви.
Однако Святой Иоанн Кронштадтский  не ограничивался ежедневными службами, постоянной молитвой во всякое время и во всяком месте, божественным созерцанием, постом и воздержанием. С первых дней своего священничества он посвятил себя служению бедным и обездоленным, всегда искал их и помогал им, заботился о больных, утешал тех, кто в отчаянии, принося всем не только слова Христа, Но и Его живую любовь и свет.
Ежедневно святой Иоанн Кронштадтский ходил среди бедных и лишенных Кронштадта, говорил с ними, утешал их, заботился о больных и помогал им финансово в соответствии со своими возможностями. На самом деле даже не в соответствии со своими финансовыми ресурсами, но далеко за их пределами, довольно часто молодой священник возвращался домой без пальто или сапог, отдав их бедным. Все это стало его привычкой, правилом. Но такая жизнь породила гонения на Святого Иоанна со всех сторон. Он был гоним своей семьей, над ним издевались знакомые, его ругали его духовные начальники. Почему-то уникальность христианской жизни молодого священника раздражала окружающих. Иоанна Кронштадтского даже называли юродивым Христа ради. Епархиальное управление не давало ему зарплату в руки (потому что, получив жалованье, он отдавал всё бедным до последней копейки), Но святой Иоанн стойко пережил все эти испытания, не изменив своего образа жизни. И с помощью Бога он одержал победу над всеми и всем. И за все то, за что в первые годы священства над ним издевались, клеветали и преследовали, - он впоследствии прославился, так как стало понятно, что он был истинным учеником Христа, подлинным пастырем, который отдал свою жизнь за свой народ. Терпение и любовь Святого Иоанна Кронштадтского все преодолели, а результаты его духовных трудов можно увидеть из следующего примера, одного из многих, о котором говорится в письме простого ремесленника:
«Мне бы­ло то­гда го­дов 22–23. Те­перь я ста­рик, а пом­ню хо­ро­шо, как ви­дел в пер­вый раз ба­тюш­ку. У ме­ня бы­ла се­мья, двое де­ти­шек. Я ра­бо­тал и пьян­ство­вал. Се­мья го­ло­да­ла. Же­на по­ти­хонь­ку по ми­ру сби­ра­ла. Жи­ли в дрян­ной ко­нур­ке. При­хо­жу раз не очень пья­ный. Ви­жу, ка­кой-то мо­ло­дой ба­тюш­ка си­дит, на ру­ках сы­ниш­ку дер­жит и что-то ему го­во­рит лас­ко­во. Ре­бе­нок се­рьез­но слу­ша­ет. Мне все ка­жет­ся, ба­тюш­ка был, как Хри­стос на кар­тин­ке «Бла­го­сло­ве­ние де­тей». Я бы­ло ру­гать­ся хо­тел: вот, мол, шля­ют­ся... да гла­за ба­тюш­ки лас­ко­вые и се­рьез­ные ме­ня оста­но­ви­ли: стыд­но ста­ло... Опу­стил я гла­за, а он смот­рит – пря­мо в ду­шу смот­рит. На­чал го­во­рить. Не смею пе­ре­дать все, что он го­во­рил. Го­во­рил про то, что у ме­ня в ка­мор­ке рай, по­то­му что где де­ти, там все­гда и теп­ло и хо­ро­шо, и о том, что не нуж­но этот рай ме­нять на чад ка­бац­кий. Не ви­нил он ме­ня, нет, все оправ­ды­вал, толь­ко мне бы­ло не до оправ­да­ния. Ушел он, я си­жу и мол­чу... Не пла­чу, хо­тя на ду­ше так, как пе­ред сле­за­ми. Же­на смот­рит... И вот с тех пор я че­ло­ве­ком стал...» 
Такова была вера во Христа и любовь, с которой Иоанн Кронштадтский служил людям и Богу изо дня в день, из года в год, без единой мысли о человеческой славе и прочем мирском тщеславии, проповедуя светлое иго Христа трудолюбивым и обремененным людям.  
Кроме того, Святой Иоанн Кронштадтский был прекрасным проповедником. Он поставил себе правило читать проповедь при каждом служении.


Иоанн Кронштадтский не стремился к красноречию, но говорил просто и часто без какой-либо специальной подготовки. Его проповеди оказали сильное влияние на простых людей. Читая эти проповеди в печати, всегда поражает глубина мысли, необычайная богословская мудрость, простота и сила каждого слова. Все мысли, все дела, каждая минута его жизни были совершены святым Иоанном во славу Божию, так что неудивительно, что его проповеди были наделены силой Христа.

Таким образом, через Святого Иоанна Кронштадтского - через его молитвы и пост, через его наполненные любовью поступки и через его вдохновенные слова - свет Христа освещал озлобленный и жалкий русский народ. В свою очередь, эти несчастные люди были первыми свидетелями его чудесных исцелений. Бродяги Кронштадта были первыми, кто познал святость святого Иоанна, но вскоре это открытие распространилось по всей России с помощью праведной Параскевы, которая была отправлена Богом ​​служить святому Иоанну Кронштадтскому в качестве служанки.

Чудеса исцеления явленные Иоанном Кронштадтским



Дар чудотворчества сделал Иоанна знаменитым далеко за пределами России. Совершенно невозможно перечислить все его чудеса, значительное число которых касалось бедных и неграмотных людей, которые не могли описать или опубликовать то, что они видели.
Тем не менее, многие его чудеса были записаны и сохранены в памяти. Самые тяжелые болезни, перед которыми медицина была беспомощна, были исцелены его молитвами и руками. Исцеления обычно проводились тайно (в частном порядке), но иногда чудеса случались и в присутствии множества людей. Святой Иоанн Кронштадтский исцелял всех, кто обращался к нему, включая мусульман, евреев, иностранцев из Франции, Италии, Швейцарии, Америки и других стран.


Впервые его сила проявила себя через помощь одной богомольной пожилой костромичке, которая настойчиво просила Иоанна помолиться за больного. Женщина была уверена в великой силе молитвы отца Иоанна, и ее вера себя оправдала. Молясь о тех, за кого просили, Кронштадтский не отказывал никому, и его молитвы доказывали свою действенность. При этом святой не признавал за исцелениями своих заслуг, а лишь указывал, что это действие Божьей милости и воли.
Иоанн Кронштадтский много принимал болящих, и исцеления зачастую происходили при его участии через причащение. Те же, кто не мог посетить святого, получали благодатные исцеления на расстоянии, через письма, телефонные разговоры, а также по просьбам родственников и знакомых.

Исцелял отец Иоанн через молитву, которая на всех присутствовавших производила невероятный эффект. Сам святой неоднократно говорил, что молитва для него — ежеминутное занятие. Смысл своего целительства Кронштадтский видел не столько в облегчении физических страданий, сколько в спасении душ приходящих к нему за помощью. Всякий скептик после личного свидания с отцом Иоанном незамедлительно покорялся смиренностью и чистотой Кронштадтского, в чью святость сложно было не уверовать.


Священник, долго мучившийся от горловой чахотки, помощью отца Иоанна выздоровел, после чего профессор, лечивший батюшку, признал это событие чудесным, так как медицина такого исхода не могла обеспечить. Также успешно Иоанн Кронштадтский исцелял и от брюшного тифа в запущенных формах, когда больных уже готовили к смерти.

Болгарский царь Борис по молитве Кронштадтского излечился от тифа. Всякие болезни поддавались излечению силами молитвы отца Иоанна: многие исцелялись от эпилепсии, воспаления легких.

Одному слепому с рождения крестьянину посчастливилось повидаться с отцом Иоанном на одной из остановок поезда, в котором ехал святой. Обмакнув полотенце в святую воду, Кронштадтский протер глаза слепого — и он вдруг стал видеть. Таким же образом излечил от слепоты отец Иоанн и мальчика, слепого на оба глаза, поврежденные горящими угольками.

Некоторым исцеленным Кронштадтский давал наставления о дальнейшем праведном для них пути. Так одна разбитая параличом женщина была поднята с постели молитвой старца, и ей он наказал ухаживать за тяжело больными. Выздоровевшая женщина после чуда исцеления отправилась в монастырь, где всячески исполняла волю старца.

Молодая и подававшая надежды балерина Императорского балета, случайно получив сильнейшие ожоги, потеряла, как ей казалось, все: и красоту, и возможность получить известность. Сильнейшие ожоги всего тела не оставляли ей шанса даже выжить. Отец Иоанн своей молитвой избавил мучающуюся женщину от ран и уверил ее, что этот случай был на благо. Позднее она убедилась в истинности слов старца: женщина переехала с детьми на окраину города, где счастливо прожила в заботах о детях и муже, исполняя долг праведной жены.


Больную водянкой женщину отец Иоанн взялся исцелить после того, как врачи самых разных специализаций боролись за ее здоровье. Старец дал больной святой воды, а после его отъезда болезнь отступила и женщина прожила еще более 20 лет, никак не ощущая былого заболевания.

Лечил святой Иоанн Кронштадтский и от дефектов речи. Одним лишь наказом говорить чисто он избавил юношу от заикания, которым тот страдал с детства. Успешно молился отец Иоанн за страдающих пьянством. После его помощи люди не испытывали тяги к алкоголю, и жизнь их в корне изменялась.


 Широко известен случай, когда к старцу обратился татарин, у которого тяжело болела жена. Уже через час после совместной молитвы отца Иоанна и татарина супруга выздоровела, а вся татарская семья после этого чуда обратилась в православие.

Один обеспеченный еврей из Одессы все свои средства пустил на лучших докторов, чтобы избавиться от тяжелого неизвестного недуга, приближавшего его к смерти стремительными темпами. Мать больного, узнав, что врачи больше ничего предложить не могут, написала срочную телеграмму отцу Иоанну. Очень скоро женщина получила ответ от старца, что сын будет жить. И его слова быстро исполнились: болезнь отступила невиданными темпами.

Известны случаи исцеления на расстоянии женщины из Бессарабии с заражением крови, одесского еврея от паралича. Поскольку популярность отца Иоанна еще в годы его жизни вышла далеко за пределы России, то телеграммы с просьбами об исцелении он получал из самых разных стран и никогда не акцентировал внимание на вероисповедании больного.


Сила молитвы отца Иоанна была настолько велика, что старец мог исцелять людей на расстоянии, через звонки, телеграммы, письма.

Во времена расцвета в Новомосковске эпидемии холеры по просьбе раввина отцу Иоанну была отправлена телеграмма с просьбой помолиться о спасении населения города. Как только был получен ответ от старца, эпидемия чудесным образом прекратилась. Подобные дистанционные исцеления имели одну общую особенность: именно в момент получения ответного письма, звонка или телеграммы недуг у болящего чудесным образом проходил.

С помощью телеграмм к праведному старцу люди обращались особенно часто. Через быстрый в то время способ связи Иоанн Кронштадтский мог излечить сильнейшие недуги. Мальчик, болевший брюшным тифом, выздоровел именно через такую дистанционную молитву старца.

Девочка с безнадежным диагнозом и запущенной формой воспаления легких уже находилась при смерти: врачи зафиксировали полное отмирание одного легкого и постепенное угасание сердечных мышц. Отправив телеграмму Кронштадскому, родители спасли дочь, которая уже через сутки находилась в состоянии, как будто и не болела вовсе. Этот случай вызвал у врачей невероятное удивление, поскольку объяснений ему они не смогли найти.

Заочно исцелял отец Иоанн детей от оспы, заражения крови, дифтерита, скарлатины, кори, туберкулеза, болезней почек и врожденных патологий. Большинство таких исцелений происходили лишь посредством молитвы.


Для некоторых исцелений Иоанн Кронштадтский использовал самые разные сторонние предметы, в которые вкладывал силу своей молитвы и целебный потенциал. В качестве таких предметов могли выступать любые вещи, находившиеся под рукой. Так, проезжая через станцию Гуту, отец Иоанн на остановке встретился с начальником станции, который умолял его о помощи своей жене, уже 4 суток мучавшейся в родах. Старец перекрестил подушку с молитвой и отдал мужчине. Когда эта подушка попала к роженице, она тотчас же успешно родила младенца.

Предметы с целительной силой Кронштадтский использовал в тех случаях, когда за больных приходили просить. Муж больной воспалением брюшины женщины получил от старца розу из букета на столе в его кабинете. Принеся ее домой, супруг увидел, как буквально на его глазах любимая жена выздоровела. Эта же женщина позднее также оказалась в тяжелой горячке, и муж снова пришел просить за нее отца Иоанна. На этот раз, находясь за трапезой, старец отдал ему яблоко, которое вылечило женщину.

Отправленный одному больному платочек отца Иоанна верующие и страдающие передавали друг другу с надеждами на исцеление. Таким образом платок старца исцелил более сотни человек.


И вот скоро вся верующая Россия потекла к великому и дивному чудотворцу. Наступил второй период его славной жизни, его подвигов. Вначале он сам шел к народу в пределах одного своего города, а теперь народ сам отовсюду, со всех концов России, устремился к нему. Тысячи людей ежедневно приезжали в Кронштадт, желая видеть о. Иоанна и получить от него ту или иную помощь. Еще большее число писем и телеграмм получал он: кронштадтская почта для его переписки должна была открыть особое отделение. Вместе с письмами и телеграммами текли к о. Иоанну и огромные суммы денег на благотворительность. О размерах их можно судить только приблизительно, ибо, получая деньги, о. Иоанн тотчас же все раздавал. По самому минимальному подсчету, чрез его руки проходило в год не менее одного миллиона рублей (сумма по тому времени громадная!). На эти деньги о. Иоанн ежедневно кормил тысячу нищих, устроил в Кронштадте замечательное учреждение – «Дом Трудолюбия» со школой, церковью, мастерскими и приютом, основал в своем родном селе женский монастырь и воздвиг большой каменный храм, а в С.-Петербурге построил женский монастырь на Карповке, в котором и был по кончине своей погребен.
К общей скорби жителей Кронштадта, во второй период своей жизни, период своей всероссийской славы, о. Иоанн должен был оставить преподавание Закона Божия в Кронштадтском городском училище и в Кронштадтской классической гимназии, где он преподавал свыше 25-ти лет. А был он замечательным педагогом-законоучителем. Он никогда не прибегал к тем приемам преподавания, которые часто имели место тогда в наших учебных заведениях, то есть ни к чрезмерной строгости, ни к нравственному принижению неспособных. У о. Иоанна мерами поощрения не служили отметки, ни мерами устрашения – наказания. Успехи рождало теплое, задушевное отношение его как к самому делу преподавания, так и к ученикам. Поэтому у него не было «неспособных». На его уроках все без исключения жадно вслушивались в каждое его слово. Урока его ждали. Уроки его были скорее удовольствием, отдыхом для учащихся, чем тяжелой обязанностью, трудом. Это была живая беседа, увлекательная речь, интересный, захватывающий внимание рассказ. И эти живые беседы пастыря-отца с своими детьми на всю жизнь глубоко запечатлевались в памяти учащихся. Такой способ преподавания он в своих речах, обращаемых к педагогам перед началом учебного года, объяснял необходимостью дать отечеству прежде всего человека и христианина, отодвигая вопрос о науках на второй план. Нередко бывали случаи, когда о. Иоанн, заступившись за какого-нибудь ленивого ученика, приговоренного к исключению, сам принимался за его исправление. Проходило несколько лет, и из ребенка, не подававшего, казалось, никаких надежд, вырабатывался полезный член общества. Особенное значение о. Иоанн придавал чтению житий святых и всегда приносил на уроки отдельные жития, которые раздавал учащимся для чтения на дому. Характер такого преподавания Закона Божия о. Иоанном ярко запечатлен в адресе, поднесенном ему по случаю 25-летия его законоучительства в Кронштадтской гимназии: «Не сухую схоластику ты детям преподавал, не мертвую формулу – тексты и изречения – ты им излагал, не заученных только на память уроков ты требовал от них; на светлых, восприимчивых душах ты сеял семена вечного и животворящего Глагола Божия».

Но этот славный подвиг плодотворного законоучительства о. Иоанн должен был оставить ради еще более плодотворного и широкого подвига своего всероссийского душепопечения.

Надо только представить себе, как проходил день у о. Иоанна, чтобы понять и прочувствовать всю тяжесть и величие этого его беспримерного подвига. Вставал о. Иоанн ежедневно в 3 часа ночи и готовился к служению Божественной литургии. Около 4 часов он отправлялся в собор к утрени. Здесь его уже встречали толпы паломников, жаждавших получить от него хотя бы благословение. Тут же было и множество нищих, которым о. Иоанн раздавал милостыню. Заутреней о. Иоанн непременно сам всегда читал канон, придавая этому чтению большое значение. Перед началом литургии была исповедь. Исповедь, из-за громадного количества желавших исповедываться у о. Иоанна, была им введена, по необходимости, общая. Производила она – эта общая исповедь – на всех участников и очевидцев потрясающее впечатление: многие каялись вслух, громко выкрикивая, не стыдясь и не стесняясь, свои грехи. Андреевский собор, вмещавший до 5.000 чел., всегда бывал полон, а потому очень долго шло причащение и литургия раньше 12 час. дня не оканчивалась. По свидетельству очевидцев и сослуживших о. Иоанну, совершение о. Иоанном Божественной литургии не поддается описанию. Ласковый взор, то умилительный, то скорбный, в лице сияние благорасположенного духа, молитвенные вздохи, источники слез, источаемых внутренне, порывистые движения, огонь благодати священнической, проникающий его мощные возгласы, пламенная молитва – вот некоторые черты о. Иоанна при богослужении. Служба о. Иоанна представляла собою непрерывный горячий молитвенный порыв к Богу. Во время службы он был воистину посредником между Богом и людьми, ходатаем за грехи их, был живым звеном, соединявшим Церковь земную, за которую он предстательствовал, и Церковь небесную, среди членов которой он витал в те минуты духом. Чтение о. Иоанна на клиросе – это было не простое чтение, а живая восторженная беседа с Богом и Его святыми: читал он громко, отчетливо, проникновенно, и голос его проникал в самую душу молящихся. А за Божественной литургией все возгласы и молитвы произносились им так, как будто своими просветленными очами лицом к лицу видел он пред собою Господа и разговаривал с Ним. Слезы умиления лились из его глаз, но он не замечал их. Видно было, что о. Иоанн во время Божественной литургии переживал всю историю нашего спасения, чувствовал глубоко и сильно всю любовь к нам Господа, чувствовал Его страдания. Такое служение необычайно действовало на всех присутствующих. Не все шли к нему с твердой верой: некоторые с сомнением, другие с недоверием, а третьи из любопытства. Но здесь все перерождались и чувствовали, как лед сомнения и неверия постепенно таял и заменялся теплотою веры. Причащающихся после общей исповеди бывало всегда так много, что на святом престоле стояло иногда несколько больших чаш, из которых несколько священников приобщали верующих одновременно. И такое причащение продолжалось нередко более двух часов.

Во время службы письма и телеграммы приносились отцу Иоанну прямо в алтарь, и он тут же прочитывал их и молился о тех, кого просили его помянуть.

После службы, сопровождаемый тысячами верующих, о. Иоанн выходил из собора и отправлялся в Петербург по бесчисленным вызовам к больным. И редко когда возвращался домой ранее полуночи. Надо полагать, что многие ночи он совсем не имел времени спать.

Так жить и трудиться можно было, конечно, только при наличии сверхъестественной благодатной помощи Божией!

Но и самая слава о. Иоанна Кронштадтского была его величайшим подвигом, тяжким трудом. Подумать только, что ведь всюду, где бы он ни показался, около него мгновенно вырастала толпа жаждавших хотя бы лишь прикоснуться к чудотворцу. Почитатели его бросались даже за быстро мчавшейся каретой, хватая ее за колеса с опасностью быть изувеченными.

По желанию верующих  Иоанну Кронштадтскому приходилось предпринимать поездки в разные города России. Эти поездки были настоящим триумфом смиренного Христова служителя. Стечение народа определялось десятками тысяч, и все бывали объяты чувствами сердечной веры и благоговения, страхом Божиим и жаждою получить целительное благословение. Во время проезда о. Иоанна на пароходе толпы народа бежали по берегу, многие при приближении парохода становились на колени. В имении «Рыжовка», около Харькова, где поместили о. Иоанна, уничтожены были многотысячной толпой трава, цветы, клумбы. Тысячи народа проводили дни и ночи лагерем около этого имения. Харьковский собор во время служения о. Иоанна 15 июля 1890 года не мог вместить молящихся. Не только весь собор, но и площадь около собора не вместила народа, который наполнял даже все прилегающие улицы. В самом соборе певчие принуждены были поместиться в алтаре. Железные решетки оказались всюду сломанными от давки. 20 июля о. Иоанн совершал молебен на Соборной площади – народу было более 60.000. Точно такие же сцены происходили в поволжских городах: в Самаре, Саратове, Казани, Нижнем Новгороде.

Святой Иоанн Кронштадтский находился в царском дворце в Ливадии при последних днях жизни Императора Александра III, и самая кончина Государя последовала в его присутствии. Больной Государь встретил о. Иоанна словами: «Я не смел пригласить вас сам. Благодарю, что вы прибыли. Прошу молиться за меня. Я очень недомогаю»… Это было 12 октября 1894 года. После совместной коленопреклонной молитвы Государя наедине с о. Иоанном последовало значительное улучшение здоровья больного и явились надежды на его полное выздоровление. Так продолжалось пять дней; 17 октября началось снова ухудшение. В последние часы своей жизни Государь говорил о. Иоанну: «Вы – святой человек. Вы – праведник. Вот почему вас любит русский народ». «Да, – отвечал о. Иоанн, – Ваш народ любит меня». Умирая, по принятии Св. Таин и таинства елеосвящения, Государь просил о. Иоанна возложить свои руки на его голову, говоря ему: «Когда вы держите руки свои на моей голове, я чувствую большое облегчение, а когда отнимаете, очень страдаю – не отнимайте их». О. Иоанн так и продолжал держать свои руки на главе умирающего Царя, пока Царь не предал душу свою Богу.

Достигнув высокой степени молитвенного созерцания и бесстрастия, о. Иоанн спокойно принимал богатые одежды, преподносимые ему его почитателями, и облачался в них. Это ему даже и нужно было для прикрытия своих подвигов. Полученные же пожертвования раздавал все, до последней копейки. Так, например, получив однажды при громадном стечении народа пакет из рук купца, о. Иоанн тотчас же передал его в протянутую руку бедняка, не вскрывая даже пакета. Купец взволновался: «Батюшка, да там тысяча рублей!» – «Его счастие», – спокойно ответил о. Иоанн. Иногда, однако, он отказывался принимать от некоторых лиц пожертвования. Известен случай, когда он не принял от одной богатой дамы 30.000 рублей. В этом случае проявилась прозорливость о. Иоанна, ибо эта дама получила эти деньги нечистым путем, в чем после и покаялась.

К тяжелому подвигу служения людям в последние годы жизни о. Иоанна присоединился мучительный личный недуг– болезнь, которую он кротко и терпеливо переносил, никому никогда не жалуясь. Решительно отверг он предписания знаменитых врачей, пользовавших его, – поддерживать свои силы скоромной пищей. Вот его слова: «Благодарю Господа моего за ниспосланные мне страдания для предочищения моей грешной души. Оживляет – Святое Причастие». И он приобщался по-прежнему каждый день.

10 декабря 1908 года, собрав остаток своих сил, о. Иоанн в последний раз сам совершил Божественную литургию в Кронштадтском Андреевском соборе. А в 7 час. 40 мин. утра 20 декабря 1908 года великий наш праведник мирно отошел ко Господу, заранее предсказав день своей кончины.

В погребении о. Иоанна участвовали и присутствовали десятки тысяч людей, а у гробницы его и тогда и в последующее время совершалось немало чудес. Необычайные то были похороны! На всем пространстве от Кронштадта до Ораниенбаума и от Балтийского вокзала в Петербурге до Иоанновского монастыря на Карповке стояли огромные толпы плачущего народа. Такого количества людей не было до того времени ни на одних похоронах – это был случай в России совершенно беспримерный. Похоронное шествие сопровождалось войсками со знаменами, военные исполняли «Коль славен», по всей дороге через весь город стояли войска шпалерами. Чин отпевания совершал С.-Петербургский Митрополит Антоний во главе сонма епископов и многочисленного духовенства. Лобызавшие руку покойного свидетельствуют, что рука оставалась не холодной, не окоченевшей. Заупокойные службы сопровождались общими рыданиями людей, чувствовавших себя осиротевшими. Слышались возгласы: «Закатилось наше солнышко! На кого покинул нас, отец родной? Кто придет теперь на помощь нам, сирым, немощным?» Но в отпевании не было ничего скорбного: оно напоминало собою скорее светлую пасхальную заутреню, и чем дальше шла служба, тем это праздничное настроение у молящихся все росло и увеличивалось. Чувствовалось, что из гроба исходит какая-то благодатная сила и наполняет сердца присутствующих какою-то неземною радостью. Для всех ясно было, что во гробе лежит святой, праведник, и дух его незримо носится в храме, объемля своею любовью и ласкою всех собравшихся отдать ему последний долг.

Похоронили о. Иоанна в церкви-усыпальнице, специально устроенной для него в подвальном этаже сооруженного им монастыря на Карповке. Вся церковка эта замечательно красиво облицована белым мрамором; иконостас и гробница – тоже из белого мрамора. На гробнице (с правой стороны храма) лежит Св. Евангелие и резная митра, под которой горит неугасаемый розовый светильник. Множество дорогих художественно исполненных лампад постоянно теплятся над гробницей. Море света от тысяч свечей, возжигаемых богомольцами, заливает этот дивный сияющий храм.

Ныне великое дело церковного прославления нашего дивного праведника, милостью Божией, совершилось. О, если бы это радостное событие воскресило в сердцах всех православных русских людей важнейший завет приснопамятного о. Иоанна и побудило их со всей решительностью последовать ему: «Нам необходимо всеобщее, нравственное очищение, всенародное, глубокое покаяние, перемена нравов языческих на христианские: очистимся, омоемся слезами покаяния, примиримся с Богом – и Он примирится с нами!»


На Поместном Соборе Русской Православной Церкви 7-8 июня 1990 года св. прав. Иоанн Кронштадтский был канонизирован, и установлено совершать его память 20 декабря / 2 января – в день блаженной кончины святого праведника.

Сходные материалы:
Иоанн Златоуст
Феофан Затворник
Сергий Радонежский, краткое житие
Матрона Московская